Возвращенные имена
Иформ-блок, посвященный 120-й годовщине со дня рождения украинского поэта, переводчика и литературоведа Освальда Бургардта (1891-1947)
Глянь у вікно, де
темний ліс,
Торкнутий подихом
весняним,
Зелені пагони підніс...
І дихай вітром
полум`яним...
Слово и судьба
«Каравелла» Юрия Клэна
За последние двадцать лет в украинскую литературу, как и в литературы других народов на постсоветском пространстве, вернулось немало авторов, без которых уже невозможно представить развитие национальной словесности в наполненном трагедиями и безвозвратными потерями ХХ веке.
Неполной будет история украинской литературы и без яркого поэтического наследия Юрия Бургардта (Юрий Клэн)- человека драматической судьбы, запечатлевшейся на мировоззрении и в творчестве талантливого художника слова, о котором в советской Украине если и вспоминали, то только как о «злостном враге социалистического строя» и, разумеется, «певце буржуазно-националистической украинской эмиграции» (см. изданную в Киеве в 1970 г. восьмитомную «Історію української літератури», т.6, с. 45). При этом художественная ценность произведений поэта, весомый его вклад в украинскую культуру не принимались во внимание демагогами от литературоведения. Так создавались бесчисленные лакуны, названные позже «белыми пятнами», на поверку оказавшиеся черными, а зачастую и кровавыми провалами в историко-культурной памяти народов, в результате чего история и украинской, и русской, и литератур других народов бывшего СССР представали перед читателями искусственно располовиненной, фрагментарной, неполной.
Порожденная демократией мощная волна возвращения творческого наследия репрессированных писателей и писателей-эмигрантов означает не только возрождение эстетического сознания народа, но и осознание перспектив его полнокровного духовного развития. И чуткое, объективно критическое отношение к их наследию, как утверждает известный украинский литературовед Юрий Ковалив, предполагает осмысливание его с позиций объективного историзма, и, очевидно, осознание той истины, что литература (в данном случае украинская) - независимо от того, где она создавалась - в Киеве или Харькове, во Львове или в Праге, в Торонто или Нью-Йорке, - это бесценное национальное наследие украинского народа.
Известный поэт и переводчик, литературовед, славист и германист Освальд Бургардт навсегда останется в истории украинской словесности как один из киевских неоклассиков. Наряду с Миколой Зеровым, Максимом Рыльским,Павлом Филиповичем, Михайлом Драй-Хмарой он создал замечательную литературную школу, продемонстрировавшую в послереволюционные двадцатые годы высочайший уровень украинской поэзии, развивавшейся в русле лучших европейских и мировых традиций.
И хотя в условиях быстро набиравшего силу сталинского тоталитаризма группа киевских неоклассиков, как и многие другие творческие объединения, была подвергнута запрету и репрессиям, ее замечательный опыт навсегда остался в золотом реестре высоких достижений украинской литературы. И именно этническому немцу Юрию Бургардту (Юрию Клэну), успевшему эмигрировать накануне репрессий на свою историческую родину, в Германию, волею судьбы в непростых, подчас граничащих с трагическими обстоятельствах, довелось продолжить традиции неоклассиков, стать звеном единения между ними и деятелями культуры Западной Украины и эмиграции, засвидетельствовать непрерывность украинского духовного развития.
Удивительно точный, пронизанный трагическими предчувствиями поэтический образ киевских неоклассиков - «нездоланих співців», создал в своем сонете один из «п`ятірного грона» - поэт Михайло Драй-Хмара, заплативший в ГУЛАГе страшную цену за свои прекрасные стихи, активную культурную работу и гражданскую отвагу.
Лебеді
На тихім озері, де мріють верболози,
давно приборкані, і влітку й восени
то плюскоталися, то плавали вони,
і шиї гнулися у них, як буйні лози.
Коли ж дзвінкі, як скло, находили морози
і плесо шерхнуло, пірнувши в білі сни, -
плавці ламали враз ті крижані лани,
і не страшні були для них зими погрози.
О, гроно п`ятірне нездоланих співців!
Крізь бурю й сніг гримить твій переможний спів,
що розбиває лід одчаю і зневіри.
Дерзайте, лебеді: з неволі, з небуття
веде нас у світи ясне сузір`я Лебідь,
де пінить океан кипучого життя.
В «океане кипящей жизни» «Каравелла» (так поэт назвал свою последнюю книгу стихов) противоречивой судьбы Освальда Бургардта не раз наталкивалась на опасные рифы, блуждала в мировоззренческих противоречиях, подчас шла чужим и гибельным курсом (уехав от грозящих «неоклассикам» сталинских репрессий в Германию, поэт был мобилизован в вермахт, вынужден служить в оккупационных войсках), а еще ранее сотрудничал с изданием, руководимым одиозным Дмитром Донцовым. Однако, как справедливо отмечает исследователь жизни и творчества Юрия Клэна известный литературовед доктор филологических наук Юрий Ковалив, говоря о связях поэта-неоклассика с журналом «Вісник», далеко не все авторы этого журнала разделяли взгляды Донцова. «Юрий Клэн, как человек с сформировавшимся и независимым мировоззрением, «был всегда подчеркнуто нейтральным». Так же он относился и к тенденциозной направленности журнала «Вісник», редактируемого Д. Донцовым. И хотя, оказавшись на родине своих предков, поэт не избежал постыдной и распространенной среди эмигрантов иллюзии, что третий рейх якобы призван спасти мир от сталинщины, жестокая действительность быстро сорвала пелену с его глаз: он воочию увидел, как Европу, говоря его же словами, «начала заливать страшная волна варварства» - немецкого фашизма.
А классика варварство - несовместимы.
Таков урок и драматической творческой судьбы поэта-«неоклассик»а, таковы выводы его завещанных потомкам «Проклятих років» і «Попелу імперій»...
Источники: Ю. Ковалів. «Прокляті роки Юрія Клена». В кн. Юрій Клен (Освальд Бургардт. Вибране. Київ. Видавництво художньої літератури «Дніпро», 1991; Юрій Лавриненко. Розстріляне відродження, Антологія. 1917-1933; Історія української літератури. В восьми томах. Том 6. Київ. «Наукова думка»
За рядком енциклопедії
Клен Юрій
Матеріал з Вікіпедії - вільної енциклопедії.
Освальд Бурґгардт (4 жовтня 1891, с. Сербинівка, Волинь - 30 жовтня 1947, Авґсбурґ, Німеччина) - український поет, перекладач, літературний критик. Свої твори публікував під псевдонімом Юрій Клен.
Життєпис
Народився в родині німецького купця-колоніста. 1911 р. вступив до Київського університету, де дістав ґрунтовну філологічну освіту (студіював західну і слов'янську філологію, історію літератури). 3 початком першої світової війни був депортований до Архангельської губернії. Повернувся до Києва у 1918 р., закінчив університет (1920) і був прийнятий до аспірантури при дослідному інституті УАН. Викладав разом із М. Зеровим у соціально-економічному технікумі с. Баришівки.
Вже в 20-ті роки розкрилися ті особливості його манери письма, які зближували Юрія Клена з неокласиками: досконале володіння мистецькою формою, своєрідний панестетизм.
У Київському інституті народної освіти створив кафедру прикладного мистецтва (1930-1931), брав активну участь у роботі ВУАН.
З 1931 року живе та працює в Німеччині, тісно співпрацює з поетами, які об'єднувались довкола «Вісника» Д. Донцова. Захистив докторську дисертацію «Головні мотиви творчості Леоніда Андрєєва» (1936).
У роки Другої світової війни служив перекладачем при штабі 17-ї армії. З 1943 р. працює викладачем в Українському вільному університеті (Прага), згодом - в Інсбруцькому (Австрія).
Творчість
1943 року з'являється в світ збірка поезій Юрія Клена «Каравели», в якій автор спробував синтезувати творчі принципи київських неокласиків та ідейно-художні шукання поетів «празької школи». Автор поєднує в єдиному естетичному вимірі трагічну античність («Антоній і Клеопатра», «Цезар і Клеопатра», «Шляхами Одіссея»), героїзм середньовічної лицарської доби («Жанна д'Арк», «Вікінги») та князівсько-гетьманську українську традицію («Володимир», «Символ», «Україна»).
Юрій Клен - автор збірки «Каравели» (1943), епопеї «Попіл імперій» (1943-1947), есе «Спогади про неокласиків» (1946), багатьох літературознавчих праць, перекладів з англійської, німецької, французької та інших мов.
Вершинними здобутками Юрія Клена-поета є поеми «Прокляті роки» (1937) та «Попіл імперій» (1943 - 1947). Трагічне знищення української культури в добу сталінізму, нелюдська жорстокість другої світової війни - центральні теми цих творів.
Твори
Беатріче
Вікінги
Попіл імперій
Прокляті роки
Сковорода
Терцини
Шляхами Одіссея
Література
«Празька школа»: Хрестоматія прозових творів / Упоряд., передм. і приміт. В. А. Просалової;- Донецьк: Східний видавничий дім, 2004. - 236 с.
Празька літературна школа: Ліричні та епічні твори / Упорядування і передмова В. А. Просалової. - Донецьк: Східний видавничий дім, 2008. - 280 с.
Клен Юрій. Твори. - Нью-Йорк: Наукове Товариство ім. Шевченка. - 1992. - Т.1. - 382 с.; Т.2. - 349 с.; Т.3. - 221 c.; Т.IV. - 407 c.
Клен Юрій. Вибрані твори. Поезія. Спогади. Листи. - Дрогобич: Каменяр,2003. - 616 с. 259
Астаф'єв О. Образ і знак. Українська емігрантська поезія у структурно-семіотичній перспективі. - К.: Наукова думка, 2000. - c.28-33.
Ковалів Ю. Освальд Бурґгардт (Юрій Клен) // Слово і час. - 1991. - № 4. - С.41-45.
Ковалів Ю. «Празька школа»: на крутосхилах «філософії чину». - К.: Бібліотека українця, 2001. −120 с.
Ковалів Ю. Прокляті роки Юрія Клена // Клен Юрій. Вибране. - К.: Дніпро, 1991. - С. 3-23.
Саєнко В. Поетика творчості Юрія Клена // Саєнко В. Українська модерна поезія 20-х років ХХ століття: Ренесансна парадигма. - Одеса, 2004.
Сарапин В. Маловідомий Юрій Клен // Українська мова та література. - 2000. - Ч. 7. - С. 3-4.
Сарапин В. Осінні мотиви в поезії Юрія Клена // Дивослово. - 1998. - № 9. - С. 8-11.
Сарапин В. Поезія Юрія Клена та її місце в літературному процесі першої половини ХХ ст.: Автореферат дис. на здобуття наук. ступеня канд. філол. наук. - К., 2000. - 20 с.
Филипович О. Життя і творчість Юрія Клена // Сучасність. - 1967. - Ч.10 (82). - С. 47-85.
Источник: Вікіпедія
За энциклопедической строкой
Немец с украинской судьбой
БУРГАРДТ (Burghardt) Освальд Фридрихович (литературный псевдоним - Юрий Клэн) (4 октября 1891, с. Сербиновка на Подолье, Украина - 30 октября 1947, Аугсбург, Бавария), поэт и прозаик, литературовед-славист, доктор филологических наук (1941), критик, переводчик, педагог. Из купеческой семьи. Окончил 1-ю киевскую гимназию (1911). В 1914, во время Первой мировой войны выселен в Архангельскую губ. (Марьина Гора). После освобождения в 1918 приехал в Курск, куда ранее были выселены мать и сестра; работал преподавателем английского языка.
В том же году возвратился в Киев, уехал в Германию, но вскоре вернулся. Окончил романо-германское отделение филологического факультета Киевского университета (1920). В 1920-22 преподавал немецкий и французский языки и курс всемирной литературы в социально-экономическом техникуме и трудовой школе местечка Барышовка близ Киева. В 1921 вместе с другими учителями арестован ЧК. Тюрьмы Яготина, Пирятина, Гребинок, Полтавы стали его "многострадным приютом" (""Чрезвычайная" поэза", 1921) в течение месяца.
С 1923 в Киеве: окончил аспирантуру при НИИ Всеукраинской АН (ВУАН) (1923), преподавал украинский язык в железнодорожном техникуме (1923-24), немецкий язык в Кооперативной школе (1923-27), Голосеевском сельскохозяйственном институте (1924-28), Институте народного образования (1930-31), где открыл кафедру прикладного искусства; вел научную работу в ВУАН; печатался на русском и украинском языках в журналах. В 20-е гг. Б. тесно связан с киевской группой поэтов-ученых (т. н. неоклассики: Н. Зеров, П. Филиппович; М. Драй-Хмара, М. Рыльский). Перевел на украинский язык "Железные сонеты" Л. Винклера (Харьков, 1925).
В 1931 в связи с развернувшимися на Украине репрессиями эмигрировал в Германию. Вначале давал частные уроки, затем читал лекции в Мюнхенском университете. С 1934 на кафедре славистики Мюнстерского университета, вел курс русской, украинской и польской литературы.
В 1930-е гг. сблизился с поэтами "пражской школы", сотрудничал с львовским журналом "Вісник", где впервые в 1933 подписал дистих "Кортес" псевдонимом Юрий Клэн. Там же опубликована его поэма "Проклятые годы" (1937, № 3, на украинском языке).
В 1939 мобилизован в германскую армию. В качестве военного переводчика с одной из тыловых частей оказался на оккупированной территории Украины.
За сочувствие местному населению, протесты против жестокости оккупационных властей оказался под подозрением начальства; от более сурового наказания Юрия Бургардта спасла болезнь, в результате которой он был демобилизован.
В 1941 защитил докторскую диссертацию "Основные мотивы творчества Л. Андреева" в Мюнстерском университете под руководством Э. Хофмана. С января 1943 преподавал в
Немецком и в Украинском свободном университетах Праги. Весной 1945 с женой и двумя детьми пере ехал в Фольдервильдбад (Тироль, Австрия), в 1946 поселился в пансионе близ тирольского с. Лойташ.
Работал внештатным профессором славистики в Инсбрукском университете. Редактор украинского журнала "Лiтаври". Подготовил в немецком переводе антологию украинской поэзии "Dichtung der Verdammten" ("Поэзия обреченных", не опубликована). Работал над поэмой "Пепел империй" (на украинском языке, не окончена), в соавторстве с Л. Мосендзом создал сатирические "Диаболические параболы" (под псевдонимом Порфирий Горотак).
После войны член организации украинских писателей в Германии "Мистецький український рух" (МУР).
Источник: Н. Заверталюк (Днепропетровск). Статья на сайте «Немцы в России».
Из истории литературы
Верный творческому кредо «неоклассиков»
Юрию Клэну - одному из киевских «неоклассиков», - суждено было продолжить традицию репрессированных друзей: стать живым мостом между ими и писателями Западной Украины и диаспорой.
Чрезвычайно самокритичный, Бургардт в 1920-е годы не сразу решился писать на украинском языке (перед этим сочинял стихи на русском), считал, что его труд будет значительно полезнее в области художественного перевода (сборник «Залізні сонети», 1925; переводы из П. Шелли, Э. Верхарна и др.), научных исследований. Поэтому он позволил себе опубликовать тогда в периодике только три стихотворения. Со временем в состав его сборника «Каравели» (1944) выйдет только сонет Сковорода», в котором отражен близкий мировосприятию «неоклассиков самоуглубленный пантеизм, тяготение к гармонии и духовной красоте. В широком речище украинского ренессанса 1920 гг. эстетическая концепция «неоклассицизма» оказалась для него единственно близкой. Это подметил М. Орест, сославшись на мысль М. Зерова по поводу сборника М. Рыльского «Осінні зорі», с «мішаної манери» которой возникал «класичний стиль з його врівноваженістю і кларнетизмом, мальовничими епітетами, міцним логічним побудуванням і строгою течією мислі».
Позиция «неоклассиков» не вписывалась в «ландшафт» непримиримой классовой борьбы в области литературы, поэтому они постоянно подвергались политическим обвинениям на идеологической основе в духе примитивно эстетических, скорее спекулятивно классовых вкусов вульгарной критики (Б. Коваленко, Я. Савченко, В. Коряк и др.).
Вынужденный жить в Германии с 1931 г., Бургардт с большой болью наблюдал за вспышкой сталинской вакханалии, жертвами которой стали и «неоклассики». Данью их светлой памяти стала поэма «Проклятті роки» (1937) и эпопея «Попіл імперій» (1943-1947). Не потому ли Юрий Клэн так близко сошелся с некоторыми поэтами известной еще с 1920-х гг. «пражской школы», печатал свои стихи рядом с произведениями Л. Мосендза, Олены Телиги, О. Ольжича и др. в журнале «Вісник» , что ощущал близость идейно-эстетических принципов киевской «неоклассики» и «вісниківської квадриги». Это отразилось и на сборнике «Каравели» (1944) Юрия Клэна, где тесно переплелись европейская рыцарская романтика и античная героика с киевской, собственно украинской культурной традицией.
Характерная для «неоклассиков» культурологическая стихия «Каравел» не столько спосбствовала выработке калассически-строгого вкуса, но и обостряла художественное видение действительности в ее сущностных приметах. Дыхание княжеской эпохи, эпическая героика казаческого народа в разделе «У Первозваного на горах» предстать как диссонанс кошмарному антимиру ХХ века, что напоминает поэту адские видения самого Данте («Терцини»). Это однозначно убеждает, что интенсивное переживание культуры никогда не служило «неоклассикам» самоцелью.
В Мюнстерском университете профессор Бургардт защитил докторскую диссертацию на тему «Главные мотивы творчества Леонида Андреева». Здесь же появилась поэма в октавах «Прокляті роки», в которой речь идет о двух линиях большевистской политики в Украине, направленной на полное ее укрощение: удар по основе нации - крестьянству и по интеллектуальному ее потенциалу - творческой интеллигенции, заклейменной как «буржуазно-националистическая».
Многие писатели имеют свое главное произведение. Для Данте таким была «Божественная комедия», для Гете - «Фауст», для И. Котляревского - «Энеида». Для Юрия Клэна, который переосмысливал их опыт, - «Попіл імперій», широкомасштабноая летопись драматических процессов ХХ века, в которой раскрывается неминуемая закономерность краха монархических и деспотических тоталитарных систем.
Свою эпопею, оказавшую оглушительное впечатление на современников, Юрий Клэн писал в Праге, где преподавал в Немецком и Украинском свободном университетах, а позднее - в Тироле, куда переехал, читая лекции в Инсбрукском университете. Там вместе с Л. Мосендзом написал сатирические «Дияболічні параболи», опубликованные под общим псевдонимом Порфирий Горотак.
Не утратили своего значения и литературоведческие труды и критические выступления Бургардта. Речь идет прежде всего об аналитических исследованиях творчества П. Шелли (1925), «Леся Украинка и Гейне» (1927), «Гейне в украинских переводах» (1930), «Главные мотивы творчества Леонида Андреева» (1936) и др.
Говоря о переводческой работе Бургардта, щедро знакомившего украинского читателя с драматургией Шекспира, поэзией Байрона и Шелли, Стефана Малларме, Поля Верлена, Артюра Рембо, Валери, Рильке, Толлера и других европейских поэтов, следует отметить и его глубокий интерес к русской литературе, замечательные переводы стихов Пушкина, Лермонтова, Языкова, Тютчева, А. Толстого, Блока, Есенина.
Многогранная литературная работа Освальда Бургардта отмечена высокой мерой требовательности к слову, на чем он настаивал и как литературный критик в своих многочисленных статьях. В частности, разоблачая литературных нигилистов, отстаивая идейно эстетическую платформу «неоклассицизма» как отрицание печальноизвестного украинского хуторянства, которое, сбросив кожанку, «маскируется шароварами или же потихоньку отращивает оселедца».
Осенью 1947 г. поэт и ученый тяжело заболел и 30 октября умер в Аугсбурге.
Источник: Історія української літератури ХХ століття. У двох книгах. Книга перша. За редакцією чл.кор. НАН України В.Г. Дончика. Київ. «Либідь», 1998
Литературоведческие студии
Юрий Клэн (Освальд Бургардт)
и мифологически-религиозные образы его творчества
В статье В. Т. Гасанова (Крымский государственный инженерно-педагогический университет) рассматривается ряд аспектов творчества Освальда Бургардта (Юрия Клэна) как одного из самых ярких представителей киевской группы неоклассиков. Доминантой мировоззрения писателя в то время (1920-е- начало 1930-х гг.) была философско-созерцательная самоуглубленность со скептической окраской. Через библейские мифологические образы поэт раскрывает кризис психологии человека, который старается найти себя в таком сложном и непонятном миру.
Неоклассицизм как стилевая модель в Украине начал оформляться в конце 20-х гг. XX ст. в рамках киевской школы неоклассиков. Свое особое место сред "неоклассиков" занимает Юрий Клэн. Именно под таким псевдонимом появились на страницах львовскогоежемесячника "Вісник" публикации Освальда Бургардта -литературоведа, слависта и германиста.
20-е года. Период 1920-х гг. жизни Освальда Бургардта менее известный. Он, по более поздним свидетельствам своего племянника Зигфрида Венде, поехал в 1918 году в Германию и едва не был мобилизован в кайзеровскую армию. Гостил у своей старшей сестры Виктории, которая жила тогда в Данциге, продавал газеты вместе с ее мужем Артуром. Не найдя счастья на родине предков, Освальд возвращается в Киев. Университетское обучение он закончил, защитив диплом в 1920 г. Со временем поступает на двухгодичный курс аспирантуры при исследовательском Институте УАН, где штудирует германистику и получает диплом первой степени (1923 год), одновременно учительствует в Баришевском социально-экономическом техникуме. Именно в этот период он близко сошелся с будущими "неоклассиками". Особенно теплыми были отношения О. Бургардта с М. Зеровым, с которым ему выпало работать в упомянутом техникуме и трудовой школе городка Баришевка, куда их пригласил в 1920 г. директор М.Симашкевич.
Баришевка. Г.Зеров окрестил ее Лукрозой (от лат. lucrum - барыш), себя и О.Бургардта сравнил с «різбярями». Позднее в своих "Воспоминаниях о неоклассиках" О.Бургардт отмечал: "Лукроза наша стала культурным центром, который излучал свой свет на всю округу, достигало оно даже Киева...".
Летом 1921 года пирятинская милиция арестовала вполне лояльного к революции Освальда Бургардта и вместе с другими баришевскими учителями, заподозренными в "буржуазном" происхождении, как опасного преступника, бросила в тюрьмы Яготина, потом Пирятина и Гребенок, пока он не оказался в подвале смертников в Полтаве. Поэт впервые попал под беспощадные жернова "революционной законности", что не замедляли своих оборотов. Ежедневные жестокие допросы узников, ночные расстрелы - это походило на ужасный сон: мир раскололся на две непримиримых части - "пролетарскую" и "буржуазную", и горе было тому, кто независимо от своего социального происхождения попадал во вторую категорию. В тюрьме, как вспоминал О.Бургардт, чаще всего пелись "Не пора", "Ще не вмерла ...", "Заповіт" Шевченко. Большинство из его сокамерников были расстреляны.
Киев в жизни О.Бургардта сыграл особую роль. Здесь он с золотой медалью закончил Первую киевскую гимназию, затем поступил в Киевский университет святого Владимира, где получил фундаментальное образование, увлеченно и обстоятельно изучая английскую, немецкую, славянскую филологию и общую историю литературы. На способного студента обратил внимание профессор истории и теории литературы В. Перетц - один из основателей филологической школы в украиноведении, а также выдающийся русский филолог. Здесь вспыхнула любовь будущего поэта к Раисе Чернявской - деликатные упоминания об этом находим в его более поздней поэме"Попіл імперії":
Життя - як дим: його рука не вловить.
Та знай: з усіх ―сьогодні і ―тепер
лиш сила таємничої любові
тебе несе до вічних стратосфер.
Обучение в университете пришлось прервать в связи с началом первой мировой войны: молодой студент вместе сиз тридцатью немецкими юношами, которых царская власть признала "опасными", был сослан в Архангельскую губернию. Спустя год такая же участь ссыльных постигла его мать и сестру Жозефину; они оказались в Курской, а старшая сестра, Виктория, - во Вятской губернии. Со временем, после революции 1917 г., О.Бургардт возвратился в Киев, который встретил его отголоском "золотого гомона" (так Тычина назвал недолгий период становления послереволюционного Украинского самостоятельного государства) и суровой и трагической реальностью гражданской войны. Близость литературно-эстетических ориентаций в начале 1920-х гг. привела его кобъединению с "неоклассиками". О.Бургардт поддерживал концепцию "неоклассиков", согласно которой украинская литература - неотъемлемая составная часть европейской культуры. По мнению этого творческого сообщества художников, ориентиром для Украины является бесценная сокровищница европейской культуры. Интересно, что до встречи с М.Зеровым украинская литература казалась О.Бургардту, который к тому же начинал свое творчество не на украинском языке, безнадежно провинциальной и неперспективной. Именно Микола Зеров - выдающийся украинский поэт, переводчик, ученый - помог избавиться молодому поэту от "комплекса неполноценности" и поощрил к обогащению украинской литературы переводами, к собственному творчеству на ее поле. О.Бургардт в 20-е годы не сразу решился писать оригинальные украинские стихи, опубликовал тогда в периодике лишь три произведения: "На переломе", "Октябрь. 1917" и сонет "Сковорода". Собственное поэтическое наследие О.Бургардта тех лет сравнительно небольшое по объему, однако от этой поэзии веет требовательностью эстетических и интеллектуальных требований поэта к слову, ясностью, чистотой, слаженностью, которая неустанно захватывает душу.
Творчества О.Бургардта как "неоклассика" присущи такие черты: античная философия жизнеутверждения, интеллектуализм древней литературы в сочетании с современными темами, классическое совершенство. Поэзия О.Бургардта содержит много "вечных" образов, однако под оболочкой совершенных стихов, углубленных в античное, старо-киевское или западноевропейское прошлое, не исчезают болевые проблемы современности. Его элитарная лирика волнует душу, старается преодолеть хуторянскую закомплексованность, присущую тогда многим представителям возрождающейся украинской словесности, отличается стремлением вывести отечественную литературу на европейский уровень через развитие внутренне богатой, интеллектуально развитой, нравственно и эстетически здоровой личности.
По происхождению образы мирового культурного наследства, к которым обращается О.Бургардт, делятся на несколько групп, наибольшими из которых являются исторические, мифологические и литературные. Мифологические образы - это персонажи античной и библейской мифологии. Активное их использование О.Бургардтом подтверждает сентенцию о том, что энергия мифов питает современность, а также доказывает, что поэту присущ особый культурологический тип мышления.
Для О.Бургардта характерной является традиционная и собственно авторская интерпретация мифологического образа или сюжета. Часто автор вводит такой образ в канву "современного" сюжета. Общеизвестным стало положение об ориентации "неоклассиков" на античность. Сирены, Цирцея, Итака, Одиссей, Дионис, Цербер - это далеко не полный перечень персонажей античной мифологии, которых использует в своей поэзии О.Бургардт.
Как и надлежит мифологическим образам, автор подвергает испытанию характер своих образов в различных ситуациях. Делает это сознательно, целеустремленно и открыто, используя и рискованные средства прямой патетики.
Итака - символ родины, вынужденно оставленной О.Бургардтом. Образы сирен, Цирцеи и лотофагов можно трактовать традиционно - как персонажей античных мифов, а можно перенести на современный грунт. Например, сирены - олицетворение поэзии, искусства. Их пение волшебное, однако оно угрожает гибелью, так как они заманивают на островерхие скалы; тем не менее это испытание надо выдержать, чтобы запомнить их песню, обогатить себе. Цирцея - мифическая волшебница, которая превращала в животных тех, кто попадался к ней. Такая участь постигла и спутников Одиссея, которых она превратила в свиней, оставив им только ум. Она загнала их в хлев и дала желудей. В восприятии О.Бургардта эта волшебница олицетворяла державотворцев советских времен. Разница между ними все-таки была. Державотворцы старались отобрать у людей ум, оставив вид людей, внутренне превратить в стадо животных, а это намного ужаснее.
Мов пісок, твої спогади хвиля розмиє,
У рахманнім раю, де живуть лотофаги.
І полине у Лету життя без турбот ...
Именно такой была жизнь в советские времена. Людям навязывали мысль, что у них все чудесно.
Лотофаги - символ сладкого забвения родного края, прошлого.
Сирени, Цирцея, лотофаги ("Шляхами Одісея") - это наслаждение, любовь, наслаждение жизнью, с одному стороны, а с другой -забвение, пустошь в душе. Кроме этого должны быть вера, память своего рода. Одиссей олицетворяет народ, самого автора. Смысл жизни - странствование, поиски, однако не нужно отрекаться от своего прошлого. Человек должен быть сильным физически и духовно. Интересно осмысление О.Бургардтом Дионисия - бога растительности и виноделия. У него это - январский Дионис. Эта ассоциация возникшая через сходство в поэтическом представлении автора бурной шумливой зимней пурги с античнымпразднованием в честь бога виноделия:
По сніжних кручах і заметах,
Де вітер гір берез сильвети
Сріблястим порохом заніс,
Іде наш рідний Діоніс.
Повиті вітками омели,
Свій гімн рокочуть заметелі,
І рве менад буремний спів
Плескуче полум'я плащів.
В античные времена эта процессия выглядела так: Дионис шествует впереди с венком из винограда с украшенным плюющем тирсом в руках.
… За ним веселий натовп лине,
І креслить тирс його ялинний
Зигзаги в білому вогні,
В морозно-синій далині…
Вокруг него в быстром танце кружатся с пением и криками молодые менады.
… Метелиці, його менади,
Що в голе поле співом надять,
У борозни, де спить зерно,
Із чаш прозоре ллють вино…
Итак, в переосмыслении О.Бургардта Дионис - бог снежной зимы, так как снег бережет землю от сурового ветра, дает ей силу и красу.
…О Діонісе яснозорий!
Над нами зносиш ти угору
Свій білочадий смолоскип,
Зірчастий рониш дощ у глиб
Лісів, де звір дрімає в нетрях.
Твоїх дарів нещадно-щедрих
Шумує повінь у степах…
Обращался О.Бургардт и к библейским источникам. Например, Лот- Человек, которого его ангелы вывели из Содома и Гоморры, однако его жена оглянулась и превратилась в соляной столб. Поэт понимает этот образ как художника, талантливого Человека, вынужденного покинуть страну, которая гибнет, пылает в огне, чтобы стать слугой несправедливости. В этой картине О.Бургардту удалось минимальными художественными средствами передать стихийную силу, непокоренность и величие божества. Дионис у него похож на дух, которого призвали, появления которого ждали. Фигура Диониса выделяется на фоне толпы. Все свидетельствует о том, что это - тип мифологического божества, а не хлебопашца. Он предназначен оберегать землю.
Зависочієш пам'ятником зради,
Довічним факелом своїй ганьбі,
На сміх нащадкові, на жах юрбі.
А таких людей в Украине было немало. Вспомним хотя бы Павла Тычину, который из солнечного кларнетиста превратился на трибуна партии, убив в себе тончайшие чувства. Сам О.Бургардт выехал в 1931 году в Германию, он одним из первых среди "неоклассиков" постиг, что тип творческого интеллигента лишался перспектив в деперсонализованном обществе, где классовая ненависть отравляла человеческие души. Художник становится соляным столбом. Столбом - так как его возвеличивают, поднимают, однако при этом он теряет собственную душу, иначе выжить было невозможно. Слово "соляной" подчеркивает это значение, так как слезы солены, а художник не может просто так, безболезненно, безобидно убить свою душу, заковать ее в кандалы. В интерпретации О.Бургардта Ноев ковчег - прибежище ценнейшего, прекраснейшего из истории и культуры мира.
А незнищенна спадщина віків
Під мертвими шкляними небесами
Кудись пливе порожніми морями
В ковчезі, гнанім подувом вітрів,
В якім ми бережем скарби забуті
І крізь добу страшних, великих кар
Ми несемо нащадкам вічний дар.
Дар невмирущої краси: всі чуті
І нами бачені дива століть,
Щоб людську думку вдруге запліднить.
Это отвечало мировосприятию поэта как "неоклассика", ведь творческая группировка была против агрессии, агитационности, плохого вкуса, навязываемого большевиками массовизма в литературе. Главное для неоклассиков - эстетика, интеллектуализм. В самом деле, поэзии О.Бургардта присуща своеобразная элитарность: целостное ее восприятие нуждается в определенном образовательном уровне.
Традиционное значение в поэзии О.Бургардта имеет образ Божьей Матери: олицетворение скорби, заботы о человечестве, боли за своего Сына.
―Чи не стрівся вам десь на дорогах
Синьоокий Христос?
Волосся у нього
Золоте, як осінній покос.
Все питалася знову і знову;
Люди мовчки сахалися вбік…
Стихотворение написано в 1935 году, когда в Украине еще давали о себе знать жуткие последствия искусственного голода, а волна репрессий захватила и "неоклассиков". О.Бургардт словами Божьей Матери будто предвещает потерю людьми веры, их обнищание. Автор отстаивает извечные ценности бытия: ввести на земле Божий лад.
…―Чи стрічали його ви з дарами?
Чи вінчали його, як царя,
У високому білому храмі,
Де у вікна світила зоря?…
"На всіх перехрестях його розіп'яли" - возможно, такова участь и настоящего художника. Вторая группа персонажей поэзии О.Бургардта - выдающиеся деятели украинской и мировой истории и культуры. Довольно часто автор обращается к образам парнасцев, трубадуров (Жофруа Рюдель, Бернар де Вентадур, Бертран де Борн). Из украинских деятелей автор посвящает свои стихи Сковороде, князю Владимиру, упоминает Данила-князя, Мазепу.
О.Бургардт как прозаик предстал в литературе столь же неожиданно, как и поэт, раскрыв этим еще одну сторону своего таланта. Проблематика его прозаических произведений широкая, связанная с философской концепцией трагического оптимизма автора. Новеллам присущи контрастность, выразительность образов, динамичность повествования, сконденсованность слова, соответствие языка изображаемой ситуации.
Глубокая эрудиция, литературный вкус, чувство меры превращают поэзию О.Бургардта в своеобразные "научно-популярные" произведения. Многие мысли поэта, закодированные в культурологические образы, не теряют своей актуальности и эстетической ценности и поныне.
Итак, жизненный и творческий опыт О.Бургардта, аккумулированный в его поэзии, представляет уникальное явление в украинской литературе. Это мощная струя державотворческой духовной энергии, отлитая в своеобразные поэтические формулы национального достоинства, идеалы действенного и действующего человека.
Литература:
1. 20-і роки: літературні дискусії, полеміки: Літ.-крит. статті / Упоряд. В.Г.Дончик. - К.: Дніпро, 1991. -366 с
2. Юрій Клен. Вибране. - К., 1991. - 461 с.
3. Юрій Клен. Спогади про неокласиків // Україна. -1990.- №20-23.
4. Єфремов С. Літературно-критичні статті / Упоряд., передм. і прим. Е.С. Соловей. - К.: Дніпро, 1993. -351 с.
5. Ідейно-естетичні пошуки української радянської поезії початку 20-х років // Рад. літературознавство. -1989. - № 10.
6. Ільницький М.М. Література українського відродження: Напрями і течії в українській літературі 20-х -поч. 30-х років XX століття / Львів. обл. наук.-метод. ін-т освіти. - Л., 1994. - 74 с.
Источник: http://www.nbuv.gov.ua
З поетичної спадщини Освальда Бургардта (Юрія Клена)
Сковорода
Піти, піти без цілі і мети...
Вбирати в себе вітер і простори,
І ліс, і лан, і небо неозоре.
Душі лише співать: «Цвіти, цвіти!»
Аж власний світ у ній почне рости,
В якому будуть теж сонця і зорі,
І тихі води, чисті і прозорі.
Прекрасний шлях ясної самоти.
Іти у сніг і вітер, в дощ і хугу
І мудрості вином розвести тугу.
Бо, може, це нам вічний заповіт,
Оці мандрівки дальні і безкраї,
І, може, іншого шляху немає,
Щоб з хаосу душі створити світ.
1928
Мандрівка до сонця
Фрагменти
Обрій розжарений міддю палає.
Люду обдертого зграї
З лютим одчаєм в очах,
З дітьми, з майном на плечах
Обрій червоний ковтає...
Юрми обдертого люду,
Гори нещастя і бруду...
В латаних торбах, мішках,
В сірих клунках
Злидні й недолю несуть...
В безвість лягла їхня путь.
Десь придоржній рівчак
Або байрак
Дасть їм нічліг і спочивок...
Буде їм вітер співать
Ритми прадавніх мандрівок,
Долю, немов немовля, колисать...
Мріється: знов печеніг,
Половці, обри, татари,
Встали,
Скитським простором гудуть,
Ясир женуть.
...З рогу рясного прокляття
Сипле розбещений голод.
В дірки подертого шмаття
Голубом лащиться холод.
«Хоч би надибати песього падла», -
Мріє біляве хлопча п`яти літ:
«А як помре оцей дід,
Буде він нам на бід».
Сонце, скажене вагадло,
Б`ється об захід, об схід
В неба прозорого лід,
Наче ним грається вітер свавільний.
Мати якась божевільна
Сина гойдає,
Тихо співає:
«В Бозі
Десь у дорозі
Вмерло у мене аж п`ятеро».
Слава тобі, о диктаторе!
...Обрій розжарений міддю палає,
Ковтає
Кручений шлях...
Вітер гасає по жертвах.
Тільки святий володимир
Високо понад Дніпром
Благословляє мертвих
Погаслим хрестом.
3.03.34
Лесбія
Під арками твоїх високих брів
Моє вітрило срібне пронеслося.
Мов дві лагуни сині, сниться досі
Мені очей твоїх прозорий спів.
Там пристанню всіх блудних кораблів
Кільце шалених рук твоїх сплелося,
Лукаве золото твого волосся,
В якому я три місяці горів.
Тепер ген-ген за обрієм далеко
Зосталися ті зрадливі вогні,
Що морякам віщують небезпеку.
Досвідчений винає в тумані
Той голий острів, де у млі зеленій
Співають звабливо страшні сирени.
1935
Із перекладів
Федір ТЮТЧЕВ
Silentium*
Мовчи і крийся, і таї
Думки і почуття свої.
Хай у душевній глибині
І сходять, і зайдуть вони,
Мов зорі ясні уночі.
Милуйся ними і мовчи!
Як серцю виказать себе?
Як іншим зрозуміть тебе?
Ти думки висловиш - і вмить
Уже неправда в ній дзвенить.
О, не мути джерел ясних;
Мовчи, мовчи, живись од них!
В собі самому жити вмій.
Є цілий світ в душі твоїй
Таємно-чарівничих дум;
Їх заглушить базарний шум,
Їх промінь денний осліпить;
Хай серце слухає й мовчить.
*Тиша (латин.)
Составление, переводы В.Г. КРИКУНЕНКО
Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.
Тел. 631-34-17.
Москва,
24 октября 2011 г.
На світлині: Освальд Бургардт (Юрій Клен).
