За что патриоты ополчились на поэта Орлушу?

«Патриотической общественности [России] постоянно нужен кто-то, кто был бы неправ в интернете. На этой неделе таким человеком стал поэт Орлуша», - сообщает редактор социальных сетей «Радио Свобода» Иван Беляев. «Взбаламутившее патриотов»  его интервью  украинскому изданию «Обозреватель» под заголовком «Поэт Орлуша: Зеленский должен избавиться от ФСБ в СБУ. Это они сдали Донбасс» предваряет анонс «Как на самом деле происходила сдача Донбасса и почему аннексия Крыма российским президентом Владимиром Путиным стала неожиданностью даже для большинства российского истеблишмента…»  

– Когда началось вторжение России в Украину, еще с момента аннексии Крыма, вы жестко выступили на стороне Украины. Почему?

– Что значит, почему? Вы считаете, что то, что я живу от Киева в 1200 км, значит, что у меня выключили мозг, совесть и ум? Я как человек, как и многие в мире (не только этнические украинцы), понимаю, что это неправильно и преступно. Но даже в компании единомышленников, я отдельный человек. Я со многими бываю несогласен, спорю порою и с Муждабаевым, и с Бабченко… Но как только Бабченко сказал, что поедет в Москву на «абрамсе» – я сказал, что могу показать дороги по подмосковным лесам и на какое-то время могу быть переводчиком для украинских и американских солдат. Русский я знаю хорошо.

– Кроме этого, вы финансово поддерживаете и украинскую армию. Откуда у вас эти эмоции?

– Ровно оттуда, откуда они у любого человека по украинскую сторону границы. Границу, кстати, нарисовали на моей уже взрослой памяти, я оказался на российской её стороне, а мог бы вполне тогда жить и работать в Киеве или в Одессе.

Скажу больше, многие мысленно переходят границу, не выходя из своей московской квартиры. Поэт Всеволод Емелин, например. Сева работает плотником в маленькой церкви в центре Москвы, не будучи при этом тупым рабом государственной и церковной пропаганды. Он всегда себя декларировал как русский националист. Живи он в Украине и будь украинцем, точно был бы в Правом секторе. Такой правый русский радикал, которому, казалось бы, прямая дорога как Прилепину на Донбасс с автоматом в руках, но когда произошла оккупация Крыма, Сева сказал мне: с сегодняшнего дня я меняю свою национальность – я теперь «политический украинец». Во мне лично ноль украинской крови, но я – тоже политический украинец. И те ребята, которые сейчас сидят в тюрьме за то, что выходили с плакатами за освобождение моряков, Олега Сенцова и крымских татар, они тоже политические украинцы. «Украинец» для меня – это не только генетика, прописка или цвет паспорта, а ещё и счастливое ощущение свободы и желание присоединиться к массе свободных людей, идущих в правильном направлении.

Когда-то меня во Львове не пускали в ночной клуб, и охранник мотивировал это тем, что я, мол, «не козацького роду». Говорил он при этом на чистом русском языке. Я не стал ему рассказывать про мою бабушку с Южного Урала, которая говорила мне маленькому: «Не той казак, шо шаблю мае, а той, кто под Москву не лёг». Я не стал говорить, что у казаков вообще не было национальности, там были и украинцы, и татары, и турки, и русские, кто угодно.

И кто из нас с тем секьюрити «козацького роду»? Я или тот парень, чьего отца вместе с родителями-офицерами привезли во Львов в 46-м году, заселили в польскую квартиру в дом австрийской постройки? Смешно. Казачество –это вообще лучший исторический пример многонационального сообщества, где всех объединяют язык вера и готовность умереть за свободу и свою землю. Именно дух свободы вместо тухлых имперских амбиций отличает сегодня политических украинцев в России. И их голос, пусть тихо, но звучит.

– Для чего, для определения какой-то позиции?

– На каждого активного человека приходится сто неактивных. Возьмём 100 радикалов или 100 футбольных фанатов… Страха у них нет по разным причинам. Они готовы драться по поводу и без, по правилам и без. Они опасны для общества? Да.

Но, если радикалы, ультрас и футбольные хулиганы на правильной стороне, организованно встают в ряды протестующих, то их сотня, конечно же, сделает больше, чем 10 тысяч студентов.

Когда все начиналось в 2013-м году, российские футбольные фанаты сначала стали на украинскую сторону, поддержали болельщиков киевского «Динамо». И баннеры были, и переклички трибун на московских стадионах: фанаты орали «слава Украине», а вторая трибуна «героям слава». Это потом их Сурков либо купил, либо… Ну как купил? Внедрились в движение, вывезли за государственные деньги самолётами на Чемпионат Европы во Францию, лидерам деньжат подкинули. Сегодня московским болельщикам в голову не придёт поддержать какой-нибудь протест в Москве, разве что против азиатских мигрантов. Поверьте, их было бы видно и слышно, ведь петь и дружно кричать они умеют. Известного теперь каждому хита «Путин – ху*ло» не появилось бы без болельщиков харьковского «Металлиста», которые раньше скандировали его про Суркиса.

Если один человек говорит громко, его уже 10. Не знаю, за сколько голосов считать мой, например. Несмотря на то, что я в этих всяких митингах не участвую.

– Почему вы не ходите на митинги?

– Я ходил с Борисом Немцовым на Марш мира против российской агрессии в 2014 году, ходил в проукраинской колонне, когда сидела Надежда Савченко. Я поддерживаю только то, что я поддерживаю.

Не очень давно был на митинге и ко мне подошли и спросили: «О, а почему вы здесь?». Я сказал честно, что не поддерживаю идею «честных виборов» в Москве, Навального и ему подобных. Считаю, что любой человек, который сейчас в России идет во власть – коллаборационист. Пусть честно, но все-таки сотрудничает с этой властью. Это все равно, что идти в германский парламент в 1939 году при власти Гитлера. Я считаю, что нынешняя власть в России должна быть в полном игноре. С ней нельзя работать никаким образом. Но когда тысячи людей задерживают за участие в мирном протесте, я могу выйти за право на протест.

– Но ведь это сложно сделать, живя в России.

– В любой стране это сложно. Но я имею в виду не участвовать в их делах. Когда мне говорят: вот ты платишь налоги в России, которые в основном идут в карман Путину, даже на оружие из этих денег, я думаю, идет меньше. Кстати, я немало денег перевел на помощь ВСУ прямым переводом из-за поребрика. И на врачей, и на госпитали, и на все остальное. Поверьте, я в Украине оставил налогов за свои концерты намного больше, чем с меня получила налоговая служба России за последние пять лет.

– Это вдохновляет, радует, но и удивляет в том числе. Зачем вам все это?

– Я просто такой человек, моя мотивация – быть собой. Я не против всех. В этом смысле все пытаются всех куда-то присоединить или разделить: русские украинцы, негры, белые, натуралы, геи. Если бы я последние годы жил в Украине, и у меня был бы украинский паспорт – это меня другим бы не сделало. Если я сейчас покажу вам украинский паспорт, я что, другим человеком буду?

Кто-то мне написал из Сибири на Фейсбуке: «Вот сейчас ты выступаешь на корпоративах у украинских олигархов, а завтра тебя выбросят на помойку». Ну, украинский корпоратив в Лондоне или в Куршевеле – это, ясный пень, мечта любого артиста в мире, а я в этот день летел на обычный концертик в Киев, еще были прямые рейсы. В гостинице в центре города я поставил на балкончике бутылку хорошего виски и назвал «это завтрак предателя». Из Киева мы с Михаилом Ефремовым добрались до Нью-Йорка, оттуда тоже послали моему доброжелателю фотку из устричного ресторана на вокзале Grand Central Station. Потом – Франция – тоже «завтрак предателя». Он потом взмолился, чтобы я ему больше ничего не писал. Может, потерял, бедолага, работу, не смог поехать даже раз в год в Турцию с женой, а предатель как завтракал, так и завтракает. Обидно.

– Вам не страшно?

– Страшно, но терпимо. Бояться? Получить бейсбольной битой по голове в подъезде может любой, не только поэт. Заткнуться от страха? Страшно – это когда люди от страха не говорят то, что думают или меняют свою позицию. Я это наблюдаю постоянно.

– Нападение России на Украину вас удивило?

– Это удивило большинство людей даже в российском правительстве. Я тогда был в Сочи на Олимпиаде (имеется в виду аннексия Крыма 2014-го года. – Ред.), писал для газеты «Коммерсант»  юмористические стихи. И за три дня до закрытия Олимпиады в Русском Доме Bosco был день украинской делегации. Там были российские вице-премьеры, губернаторы, министры. Если бы кто-то из них мог предположить, что буквально через пару дней «вежливые человечки»  захватят Крым, то их бы под пыткой никто не заставил фотографироваться под украинским флагом! Поверьте, у них там такое волчье чутьё, что знал бы хоть один – никто бы близко не подошёл к вареникам и горилке. Поэтому да, я удивился.

Я думал, что-то такое может быть. Но Россия, даже путинская, была европо-ориентированной. Путин же пообещал безвиз русским намного раньше, чем об этом подумал Янукович или Порошенко. Все эти олимпиады и чемпионаты создавали неплохой имидж России, к Путину на праздники все президенты ездили. Имидж – это как хрустальный шар из анекдота. Куда дели? Разбили. Рук-то две всего, шар держишь, а руками обеими – хвать! – за полуостров! А ведь имидж был достаточно неплохим, даже для меня, жестко антипутинского человека. Я своё отношение к нему ещё в 2005 в своей книжке описал чётко и без полутонов…

– 2005 год, когда еще у всех все было хорошо?

– У кого хорошо, у России? На то время уже была раздавлена и переправлена конституция, доживала последние дни полусвобода слова. Мне Путин был понятен и неприятен за десять лет до войны с Украиной. Поэтому для меня ничего нового не произошло.

Я же был политтехнологом, а тогда отменили прямые выборы губернаторов, потом пошел захват власти госбезопасностью, до 80% аппарата правительства были бывшими кадровыми сотрудниками КГБ и ФСБ. От всей души желаю сейчас Зеленскому окончательно избавиться от всего русского кагэбэшно-фээсбэшного наследства в ваших спецслужбах. Я знаю, что было во время захвата Донбасса, как докладывали в Киев: мол, «у нас все под контролем». Кто сдал Донбасс? Фсбшники в сбушной шкуре, которых и сегодня немало на самых ответственных местах. Они не выполнили свою работу, всех пропустили, – сначала провокаторов, потом том людей с оружием, а потом – и регулярную армию «шахтёров», «отпускников» и «ихтамнетов». Вот такое в результате получилось «все под контролем». То есть под российским.

– До 2004 года вы как к Путину относились?

– Всегда отвратительно. Он кгбшник. Я немного участвовал в сотворении из него президента, работая с Борисом Березовским. Он тогда заправлял и в Администрации президента и Совете безопасности. Я ему говорил, что он совершает системную ошибка, но он решил, что бывают бывшие кгбшники.

– Историк Юрий Фельштинский говорит, что Борис Ельцин, Березовский вместе с другими российскими олигархами специально поставили Путина, чтобы спасти свое имущество.

– Ни Ельцин, ни остальные олигархи Путина не «ставили», его выбирал только Борис Березовский. Никакой семибанкирщины и олигарщины тогда не было. Путина назначил Березовский. Это была его большая ошибка, за которую он и поплатился жизнью. Люди Путина его в результате, я думаю, и убили.

– То есть Березовский не повесился, его убили?

– Если вам надо повеситься в большом старом английском доме, вы это будете делать на полотенцесушителе? Ну, если вы не глупый человек. Березовский странностями не отличался. Вы будете вешаться на шелковом шарфе, который даже узлом не завязывается? Шелковый шарф Yves Saint Laurent – у меня есть точно такой же. В одном месте покупали. А на его шарфе даже узла не было. Получается, он себя давил что ли? Видели когда-нибудь веревку повешенного без узла? Да, говорили, что Павел І тоже на шарфе повесился, хотя его им удавили.

– Почему тогда англичане скрыли этот факт?

– А что они могут знать? У них есть мертвый человек, нет доказательств или другой версии. Смерть Березовского была для них стандартным случаем – труп в доме в Лондоне. Вы думаете, что для констебля это какой-то другой случай? Полиции, по правилам, должно быть все равно, кто этот человек – безработный или российский бизнесмен. Полиция не должна уделять больше внимания на расследование дела богатого человека.

Вот с делом Скрипаля они же докопались до конкретных имен и всего остального. Была возможность. А тут не было возможности, пустой дом, доказать присутствие кого-то невозможно. Отпечатков пальцев нет, этого нет, этого нет. Значит, из-за недостатка прямых доказательств… Ведь если бы это было возможно, они наверняка рассмотрели бы все записи с камер и всё остальное. Хотя, вероятнее всего, убивали те, кто эти камеры и ставил.

Нет, я не конспиролог, но для меня очевидно, что без посторонней помощи этого сделать нельзя.

– Когда Березовский понял, что с избранием Путина он совершил ошибку?

– Через полгода-год после его избрания он уже уехал в Англию.

– Он не пытался решить конфликт с Путиным, будучи в Англии?

– А ты уже не можешь решить конфликт. Если вы даете человеку документы и право на свою квартиру, то он скажет: «Все, квартира моя». Так и Путин: «Я – президент, а ты сядешь в тюрьму». Поэтому Путин и боялся Медведева в качестве приемника. У кого-то даже были надежды, что тот пошлет его на хер. Президент имеет достаточно права не отвечать на вопросы бывшего президента и сказать, например: «Ты теперь преступник, посиди, дружок, в тюрьме!».

Во второй части интервью, которая выйдет в ближайшие дни, читайте, почему Россия не изменится после ухода Владимира Путина и почему Владимир Зеленский является наиболее проукраинским президентом.

Галина Остаповец

Источник: https://www.obozrevatel.com/russia/vo-mne-nol-ukrainskoj-krovi-no-ya-politicheskij-ukrainets-orlusha.htm?obozrevatellang=ru


На фото:

1. Поэт и политтехнолог Андрей Орлов (Орлуша)

2. Борис Немцов

3. Аннексия Крыма

4. Борис Ельцин и Борис Березовский

Додати коментар


Захисний код
Оновити

Вхід

Останні коментарі

Обличчя української родини Росії

Обличчя української родини Росії

{nomultithumb}

Українські молодіжні організації Росії

Українські молодіжні організації Росії

Наша кнопка


Пора выбирать — Алексей Навальный

8BE508A2-8376-44DC-A4EC-E84056BEDDB8 w1597 n r0 s