Группа правозащитников ведет раскопки массового захоронения в Токсово, Ленинградская область, относящегося к эпохе сталинских репрессий

 

Фред Уэйр (Fred Weir), 10 октября 2002

Лесная поляна под Санкт-Петербургом раскрывает свои страшные тайны под лопатами небольшой группы добровольцев, которые продолжают

раскопки массового захоронения, несмотря на неодобрение властей и безразличие общественности. Из земли извлечены останки сотен людей,

являвшихся, как полагают, политическими заключенными Сталина. Эта площадка, где, как считается, может быть захоронено не менее 30000

человек, все еще ожидает официального расследования.

 

Токсово, Россия, 10 октября 2002 года. Лесная поляна под Санкт-Петербургом раскрывает свои страшные тайны под лопатами небольшой

группы добровольцев, которые продолжают раскопки массового захоронения, несмотря на неодобрение властей и безразличие общественности.

Из земли извлечены останки сотен людей, являвшихся, как полагают, политическими заключенными Сталина. Эта площадка, где, как считается,

может быть захоронено не менее 30000 человек, все еще ожидает официального расследования.

 

"Нерасследованные ужасные преступления 20-го столетия остаются гноящейся раной на нашей сегодняшней политической культуре", - сказала

Инна Флиге, возглавляющая санкт-петербургское отделение общества "Мемориал", члены которого в прошлом месяце обнаружили данное

захоронение на военном стрельбище вблизи Токсово. Общество "Мемориал" пытается заполнить те страницы российской истории, которые

были вырваны или подделаны пропагандистами коммунизма. Захоронение в Токсово - одно из сотен по всей территории бывшего СССР, где

агенты Сталина умертвили огромное число (по оценкам, до 10 миллионов) действительных и воображаемых политических противников.

 

Пока что никакой российский руководитель не комментирует недавнее открытие. Федеральная Служба Безопасности (ФСБ) в ответ на запрос

общества "Мемориал" сообщила, что в ее архивах "нет соответствующей информации". Добровольцев и журналистов, которые 10 дней назад

попытались посетить обнаруженное захоронение, остановили вооруженные солдаты. Вскоре другая группа, пытавшаяся пробраться на эту

площадку, обнаружила, что единственная ведущая к ней лесная дорога перекопана бульдозером.

 

"Власти открыто не мешают нам расследовать это преступление, как это было бы в советские времена, - говорит г-жа Флиге. - Они просто не

хотят брать на себя ответственность, что само по себе является сильной формой обструкции. Разве не было бы официального расследования

массового захоронения, обнаруженного в любой другой стране мира?"

 

Для россиян, утомленных десятилетием постсоветского политического кризиса и экономического упадка, это открытие является еще одной

недоброй вестью. Президент России Владимир Путин сделал своим политическим приоритетом достижение социальной стабильности и

общественного согласия и поэтому стремится преуменьшить противоречия истории.

 

Опросы общественного мнения показывают, что российское общество глубоко разделено на большинство, которое не питает особенной злобы к

бывшей советской власти, и на миллионы других, которые пострадали лично или потеряли родственников в ходе организованного тайной

полицией террора. В ходе прошлогоднего опроса Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ) выяснилось, что более

половины опрошенных относятся к покойному диктатору Иосифу Сталину с уважением и восхищением или с безразличием, тогда как всего

четверть опрошенных выразила резко отрицательное отношение к нему.

 

Ни г-н Путин, ни его предшественник, Борис Ельцин, не стали инициаторами работы над объективным учебником истории СССР для средней

школы, как не поддержали они и призывов правозащитных организаций создать национальный музей преступлений коммунизма. Кремль,

правда, рявкнул на мэра Москвы Юрия Лужкова, когда тот предложил вернуть на место статую Дзержинского на Лубянке, свергнутую со своего

постамента сторонниками демократии в 1991 году. Но г-н Лужков, приободренный тем, что в ходе недавнего опроса общественного мнения его

идею поддержали 53% опрошенных москвичей, может так или иначе осуществить свое намерение восстановить памятник Железному Феликсу.

"Дзержинский - это монумент террору, успешному подавлению целого общества, и тот факт, что наши руководители могут обсуждать вопрос о

возвращении статуи на место, является показателем состояния дел в нашем обществе, - говорит г-жа Флиге. - Вот другой показатель: нигде в

России вы не найдете памятника Свободе. Ни одного".

 

 

 

Сокращенный перевод: Федотов Виктор, inoСМИ.Ru

Опубликовано на сайте inosmi.ru: 10 октября 2002, 09:46

Оригинал публикации: Wary of its past, Russia ignores mass grave site