Російсько-українська конференція “Україна й Росія: історія та образ історії”

У Культурному центрі України в Москві в рамках наукової програми “Україна й Росія: історія та образ історії”, здійснюваної з 2005 року Центром україніки та білорусистики Московського державного університету ім. М. Ломоносова за участі Центру українських досліджень Інституту Європи РАН та Відділу східного слов’янства Інституту слов’янознавства РАН, відбувся круглий стіл “Українська й російська інтелігенція сьогодні: перспективи й труднощі діалогу”. На ньому було підведено підсумки російсько-української конференції “Україна й Росія: історія та образ історії”, що протягом 3-5 квітня зібрала в Москві найавторитетніших учених двох країн, які займаються дослідженням українсько-російських відносин.

Завданням конференції організатори визначили таке:

- порівняльний погляд на низку процесів в історії України та Росії;

- аналіз ситуації в сучасній історіографії, історичній публіцистиці й ЗМІ України та Росії у зв’язку з трактуванням тих аспектів історії двох країн, у яких виявилися спільні або відмінні риси їх історичних доль і які викликають суперечки істориків та публіцистів;

- звернення до актуальних питань історії українсько-російських відносин та сприяння виробленню критичного погляду на стереотипи та іміджі минулого, які спричинилися до формування ситуації взаємної недовіри й ворожості в громадській думці обох країн.

Головна особливість проекту полягає в тому, що в центрі уваги дослідників – не тільки історія, але й сучасна історична пам’ять українського та російського суспільств і фактори, які народжують спотворений або більш-менш адекватний образ історії України та Росії в громадській свідомості.

Конференція пройшла в п’ять сесій:

“Коли українці стали українцями, а росіяни – росіянами? Формування української, великоруської та загальноруської свідомості в Середні віки й Новий час”,

“Як поділити Гоголя? Російська, великоруська та українська культура в ХІХ – ХХ ст.”,

“Україна та Росія в 1917 – 1945 рр.: разом чи окремо?”,

“Голод 1932 – 1933 рр.: “геноцид українського народу” чи спільна трагедія народів СРСР?”,

“Чому й наскільки шляхи України та Росії розійшлись у 1991 – 2008 рр.”

Як трактуються в сучасних наукових дослідженнях причини, процес і результат формування української та російської національної свідомості? Національна ідентичність українців і росіян в контексті сучасних теорій націоналізму, національного й етнічного. Чи був Гоголь українським, великоруським або російським письменником? Сучасні наукові уявлення про імперії і місце Росії поміж інших імперій. Спільне й відмінне в революційних подіях 1917 – 1918 рр. в Україні та Росії. Українці та росіяни у 1930-х роках: дві нації чи єдиний радянський народ? Чи був Голод в Україні 1932 – 1933 рр. геноцидом українського народу? Суперечливі питання інтерпретації трагедії 1932 – 1933 рр. Саме це коло наболілих питань і стало предметом дискусії українських та російських науковців.

На жаль, виступи деяких російських науковців були насичені імперськими, радянськими й сучасними штампами на кшталт “православных братских народов”, ”перепиcывания истории” та інших. Власне, така ситуація є результатом непопулярності досліжень на українську тематику в Росії. Натомість російське супільство накрила хвиля псевдонаукової інформації, росіянам пропонується “відфільтрована” документалістика й шовіністична публіцистика. Досить поглянути на полиці книжкових магазинів, щоби знайти з десяток найменувань, у яких заперечується сам факт існування Української держави та повноцінність української нації.

Маємо надію, ця конференція, а також діяльність новоствореного Центру українських досліджень Інституту Європи РАН, сприятимуть поширенню об’єктивної інформації про Україну, її історію та історичну пам’ять. У тому числі й поміж російських наукових кіл.

У конференції взяв участь генеральний директор Культурного центру України в Москві, доктор історичних наук Володимир Мельниченко. Він виступив із доповіддю на тему “Особистості, які нас єднають (Т. Г. Шевченко та О. М. Бодянський)”. Дружбі двох видатних українців – Великого Кобзаря й професора-славіста Московського університету – присвячена й монографія за його авторством (“На славу нашої преславної України”(Тарас Шевченко і Осип Бодянський), яка вийшла в світ у лютому цього року.

З української сторони в конференції з доповідями виступили: доктор історичних наук, академік НАН України Петро Толочко, доктор історичних наук, завідувач Центру досліджень геноциду українського народу Інституту історії України НАНУ Василь Марочко, доктор історичних наук, заступник директора Інституту історії України НАНУ Станіслав Кульчицький, доктор історичних наук, завідувач Центру соціальної історії Інституту історії України НАНУ Віктор Горобець, доктор історичних наук, завідувач відділом історії Української революції 1917 – 1921 рр. Інституту історії України НАНУ Владислав Верстюк, доктор історичних наук, науковий співробітник Інституту історії НАНУ Ігор Колесник, доктор історичних наук, професор Львівського національного університету ім. Івана Франка Леонід Зашкільняк, доктор історичних наук, головний науковий співробітник Інституту історії України НАНУ Руслан Пиріг, доктор філософських наук, провідний науковий співробітник Інституту філософії НАНУ Олег Білий, доктор історичних наук, професор Дніпропетровського національного університету Віктор Городяненко, кандидат історичних наук, доцент Національної металургійної академії (Дніпропетровськ) Олександр Михайлюк, кандидат історичних наук, доцент Національної металургійної академії (Дніпропетровськ) Сергій Савченко, кандидат історичних наук, старший науковий співробітник Інституту історії України НАНУ Олена Русіна, доктор історичних наук, професор Академії праці та соціальних відносин (Севастопольська філія) Ольга Захарова.

З російської сторони в конференції взяли участь: доктор історичних наук, професор Московського державного університету ім. М. Ломоносова Михайло Дмитрієв (ведучий), кандидат історичних наук, керівник Центру українських досліджень Інституту Європи РАН Віктор Мироненко (ведучий), кандидат історичних наук, старший науковий співробітник Інституту слов’янознавства РАН Світлана Лукашова, доктор історичних наук, професор Санкт-Петербурзького державного університету Тетяна Яковлєва, доктор історичних наук, старший науковий співробітник Інституту російської історії РАН Володимир Артамонов, кандидат історичних наук, доцент МДУ Тетяна Круглова, кандидат історичних наук, науковий співробітник Інституту російської історії РАН Андрій Марчуков, доктор філологічних наук, професор Літературного інституту ім. Максима Горького Олександр Ужанков, кандидат історичних наук, доцент МДУ Сергій Чернов, доктор історичних наук, провідний науковий співробітник Інституту слов’янознавства РАН Ірина Міхутіна, кандидат історичних наук, науковий співробітник ЦУБ МДУ Володимир Ковальов, кандидат історичних наук, завідувач відділом України та Білорусі Інституту слов’янознавства РАН Олена Борисьонок, доктор історичних наук, професор Пензенського державного університету Віктор Кондрашин, кандидат історичних наук, доцент МДУ Ніна Рогаліна, кандидат історичних наук, доцент МДУ Юрій Терещенко, доктор історичних наук, провідний науковий співробітник Російського інституту стратегічних досліджень Тамара Гузенкова, науковий співробітник Інституту слов’янознавства РАН Олег Нємєнський, кандидат юридичних наук Андрій Окара (Центру східноєвропейських досліджень).

На світлинах: Культурний центр України в Москві. Президія конференції - Олег Дьомін, Віктор Мироненко, Михайло Дмитрієв. Українські науковці під час засідання круглого столу “Українська й російська інтелігенція сьогодні: перспективи й труднощі діалогу”.

Юрій БЕЗКРОВНИЙ

Інформаційна служба Культурного центру України в Москві.

jurkoua@gmail.com 

07.04.2008.

Додаток:

История как политика

В начале апреля (3-5 апреля 2008) в Москве прошла встреча украинских и российских историков, а также неспроста примкнувших к ним функционеров под общим названием «Украина и Россия: история и образ истории». Трехдневная повестка охватила темы от происхождения древнерусской народности до расширения НАТО и перспектив российско-украинских отношений. Обе делегации, помимо людей академических, включали госчиновников – дипломатов, руководителей институтов, центров, общественных организаций и даже священнослужителей.

Абсолютно все дебаты, включая древность, были остро полемичны. История в отношениях Украины и России выступила предметом непримиримой и нескрываемой политической борьбы.

Мероприятие быстро обнаружило печать предварительной режиссуры. С российской стороны в инициативном, с украинской – в ответном порядке. Запланированными также были провоцирующие или просто грубые ремарки россиян, явно нарушавшие общий выдержанный тон научной корректности. На эту роль была ангажирована провинциальная профессура, старые партийцы и безымянные члены общественных движений с националистическими акцентами. В умеренных дозах беспричинные уколы периодически допускали российские модераторы дискуссии – оба главы только что образованных центров украинистики в Москве.

В украинской делегации также наблюдалось слаженное ядро, умело и эффективно маневрировавшее на дискуссионном поле своими более ограниченными силами.

Все это, в принципе, нормально, привычно и в каком-то смысле согласовывалось с двусторонностью встречи. Форварды обеих национальных команд очевидно реализовывали политические установки соответствующих «верхов». Это обстоятельство подчеркивалось присутствием, а иногда и непродолжительными выступлениями вице-спикера Госдумы Александра Бабакова, посла Украины Олега Демина (появившегося на заключительной сессии 5 апреля, то есть на следующий день после сообщений Киева о его отзыве) и несколькими персонажами рангом пониже. Плюс к этому конференция совпала по времени с саммитом НАТО в Бухаресте, с заявлением российской Госдумы против украинской версии Голодомора и с другими российско-украинскими демаршами. А по НТВ гг. Анатолий Гриценко и Александр Чалый (в прошлом министр обороны и зам. главы МИД Украины) как раз схлестнулись в ток-шоу с самим Константином Затулиным, возглавляющим Институт СНГ – один из центров, задающих тон и политику Москвы в отношении Киева.

Так что историки внесли посильный вклад в оглашение и взаимное прощупывание позиций сторон с пользой для корректировки и должного информационного обеспечения политических шагов и решений.

Почему российская номенклатура боится Голодомора?

По долгу службы, мы не раз присутствовали на международных политических и «общественных» сходках во времена, когда конец «холодной» войны еще не просматривался. Свидетельствуем, что на этот раз глубина выказанных противоречий и острота взаимных упреков выглядели отнюдь не меньшими. И мы не решимся заявить, что все это было лишь игрой на публику, данью коньюнктуре или, как любят по всякому поводу утверждать в России, «отражением разногласий между Ющенко и Тимошенко».

По сути, Украина заявляла и обосновывала определенную концепцию национально-государственного суверенитета, а Россия пыталась опротестовать и опровергнуть эту концепцию, то и дело замахиваясь на сам суверенитет. Именно это подвигло мэтра украинской историографии Станислава Кульчицкого на итоговой сессии настоятельно призвать россиян к признанию права украинцев на свою независимость и на лежащую в ее основе собственную историю. Вряд ли однако этот призыв возымеет немедленное и положительное действие.

Центральным пунктом разногласий был, конечно, Голодомор. Россияне предсказуемо признавали факт организованного (не всегда и это) голода, но, без национального акцента. Факт преднамеренности, в их утверждениях, впрочем, подкрепленных лишь голосом, назывался «недостаточным для признания голодомора геноцидом».

Ветеран-партиец, изучавший в архивах тематику хлебозаготовок, повинуясь цековско-совминовской инерции, говорил о классовой борьбе с крестьянством, ошибках в планировании и необходимых жертвах ради индустриализации. Утверждение, что он и сам пострадал – сперва от голода, а затем за правду, – не усилило доказательной базы. Позиция украинцев интересным образом раздвоилась: большинство настаивало на факте этнического геноцида; но было и авторитетное выступление о том, что геноцид проводился против всего украинского народа без различия национальностей, и что никто не мешает российским коллегам всерьез озаботиться проблемой Голодомора, имевшего место в пределах нынешней РФ.

Но и последний тезис, сулящий «развязку», россиян, видимо, не устроил. Не было никакого антиукраинского Голодомора - и баста.

Подоплека такой непреклонности остается отчасти загадкой: чего опасается официальная Москва? Требований Киева о компенсациях? Или нежелательных поветрий в своем доме? И то, и другое возможно, поскольку, во-первых, РФ взвалила на себя бремя государства-продолжателя (а не только правопреемника!) бывшей советской империи; а во-вторых, пуповина от тоталитарного режима СССР к нынешней российской власти отнюдь не прервана и даже укрепляется. Так что вполне «стабилизированные», а по сути деморализованные россияне могут, чего доброго, задать властям вопрос о первопричинах многих сегодняшних бед и потребовать справедливости от политических наследников тех, кто в свое время напортачил со «хлебозаготовками». В общем, Голодомор подозрителен на предмет «оранжевой пропаганды» и бдительность, переходящая в контратаки, не помешает.

В чем недорабатывают украинцы: снова военный фактор

Но темнят и украинцы. На конференции так и не прозвучали убедительные мотивы политики организованного голода в 1932-33 годах. Сталин мстил украинцам за прежнюю непокорность? Уничтожал в зародыше очаги нового недовольства и сопротивления? Параноидально отреагировал на некие сведения о росте сепаратистских настроений? Без решения проблемы «зачем?» вопрос о Голодоморе зависнет, в том числе, в международном плане. Все знают, что Сталин, заполучив к тому времени полноту диктаторской власти, ничего не делал просто так. Для чего же он в отсутствие видимой внутренней угрозы взялся с многомиллионным размахом уничтожать рабочую силу и потенциальных солдат собственной армии, попутно сея новую ненависть к режиму?

В кулуарах некоторые из украинских историков соглашались с нами, что так или иначе, тему Голодомора следует рассматривать в контексте как раз начинавшейся тогда Советским Союзом подготовки к полномасштабной войне. Планы военной экспансии составляли стержень и смысл всего, что делалось в стране волей Сталина и его ближайших подельников.

Стремился ли Сталин подорвать на всякий случай силы «непокорных» украинцев, заранее обескровить любую внутреннюю фронду или в своем или в потенциальном тылу противника? Есть серьезные указания на то, что – да, так по всей видимости и было. И тогда для Украины и ее исторической дипломатии возникает другая проблема: влиятельные силы на Западе все еще никак не могут принять даже саму идею о Сталине-агрессоре и Сталине международном преступнике рангом злодейства повыше самого Гитлера. Вопреки массе бесспорных и вопиющих фактов, они держатся за удобные стереотипы Ялты и Нюрнберга. Иначе - что же: «гениальные» Черчилль и Рузвельт годами состояли в политическом братстве с неким супербандитом и даже действовали по его сценариям? Да, именно так и было. Придется переписывать монографии, переучивать студентов заодно с действующими президентами, а равно переиначивать официальную мифологию. Такова цена пусть даже вынужденного и временного компромисса с мировым злом.

Некоторые украинские деятели даже не подозревают, на какие исторические «святыни» Запада они посягают, ставя в международно-правовую плоскость вопрос о преступлениях сталинизма. В Москве же хорошо знают, что круг ее зарубежных союзников по этой теме весьма широк и делают все, чтобы мобилизовать их на борьбу против докучливого украинского диссидентства.

В этой связи украинцы недоиспользуют – и конференция это в очередной раз подтвердила - вопросы о конце «холодной» войны: кто одержал в ней верх, а кто проиграл – какие государства, альянсы, режимы, идеологии. Москву подобная беззубость по ключевой теме вполне устраивает. Можем подтвердить, что для российских СМИ вот уже несколько лет действует установка: «холодную» войну СССР (и те, кто им правил) вовсе не проиграл, а развалился по сугубо внутренним причинам из-за негодного управления – досадная «геополитическая трагедия», одним словом. Надо лишь извлечь уроки, усовершенствовать управление и – мы еще поглядим…

Киев, видимо, пока не готов полноценно позиционироваться относительно содержания, финала и последствий «холодной» войны. Не только в силу внутриукраинского расклада сил, но и оттого, что на этот счет опять-таки путается сам западный истеблишмент. «Что же получается – мы фактически разгромили такого хорошего, прогрессивного, многократно обласканного нами Горбачева?» Рассказывать ли им теперь правду о том, что Горби пришел к власти с твердым намерением одолеть Запад в глобальной конфронтации и немало в этом поначалу преуспел? Напоминать ли, что Западу под руководством президента Рейгана пришлось мобилизовать все силы, чтобы уйти от возможности очередного отступления и нанести затем «империи зла» серию мощных ударов по всему миру и в космосе? И что даже эти удары оказались недостаточными, и номенклатурный режим выжил, чтобы затем перестроиться, модернизироваться и перейти в контратаку?

Многим в Вашингтоне и Лондоне пришлось бы на людях каяться за такую глобальную недоработку. И, наконец, пришлось бы признать как вклад национально-демократического движения Украины в поражение СССР (желающие могут поинтересоваться на этот счет статьей «Украинцы держат российский меч свободы» на www.rukhpress.com.ua), так и то обстоятельство, что именно это движение становится нынче авангардом в решении стратегической задачи, с которой в свое время не справился Запад.

Восстанавливая собственную суверенную историю, без чего, между прочим, не обосновать и свою международную легитимность, украинское государство скоро окажется перед необходимостью четко высказаться по поводу конца «холодной» войны и распада СССР. Вот тогда-то начнется настоящая дискуссия. Кстати, весьма полезная для расчистки зловредных мифологических наслоений на современном Западе. Так что, Украине еще предстоит в данной связи выполнить определенную многотрудную миссию.

Идеологические заслоны имперскости

Заметим также, что украинским историкам и публицистам пора перехватывать лидерство в международной советологии. Во-первых, жизнь заставляет, а во-вторых – где найти для этого лучшую «площадку»?

Москва, предвидя такое, отчаянно защищает свои идеологические рубежи всеми возможными средствами. Скажем, российских контрдоводов, прозвучавших на конференции, стоит выделить следующие.

 «У нас уже была своя оранжевая революция в 1991 году, украинцы нас лишь догоняют». Это – очень спорный довод. В 1991 г. в РФ, как и на остальном постсоветском пространстве (за вычетом стран Балтии), произошла лишь передачи власти от одних групп номенклатуры к другим. И это обернулось формированием номенклатурно-олигархических режимов. Реальным свержением последних занялись в Грузии и Украине, вступивших тем самым на исторически необходимый путь десталинизации, коим уже идут страны Центральной Европы. В РФ, как известно, вместо этого продолжается полноценная реставрации, отчего и возникает на наших глазах новая модель противостояния.

 «Большая часть Украины – русская и вам, галичанам-бандеровцам, ее не покорить и не переварить. Видели, как русские восстали в Эстонии из-за истории с Бронзовым солдатом? То-то». По этому поводу хочется заявить, что русские-русскоязычные в своей массе – не идиоты и способны одаривать своей лояльностью власти, которые способны проводить разумную внятную политику, реально сближаться с Европой, меньше врать, реально искоренять коррупцию и так далее.

Что касается ситуации в Эстонии и вообще в Балтии, то мы ее знаем неплохо и не понаслышке. И знаем также, что главные опасения Кремля связаны не с «балтийским национализмом» (его-то путинистам хотелось бы в рамках их логики как раз побольше), а с тем, что тамошние русские начнут по мере нормализации жизни переориентироваться в своих интересах и ценностях прочь от РФ. Как отзовутся на такую «оранжевую» угрозу жители Пскова-Новгорода? А что, если и русские в Украине сделают свой европейский выбор? Так и сама «вертикаль власти» зашатается…

Откликаясь на подобные вызовы и угрозы, Москва проводит масштабную контр-кампанию. О положении украинской диаспоры ее представители на конференции говорили сами. Добавим лишь итоги нашего недавнего экспресс-визита в три ведущих книжных магазина Москвы. Вот заголовки изданий (все больше брошюрочного формата и стиля) по современной Украине: «Расколотая Украина», «Бандеризация Украины – главная угроза для России», «Украина идет в НАТО.

Секретные материалы», и т.д.

Наконец, под самый финал конференции один из ее российских ведущих выложил, видимо, самое сокровенное. «Вот если бы нам с вами пришлось давать совет Путину, какую модель двухсторонних отношений мы могли бы ему предложить? Может быть такую, как между США и Канадой, которая вовсе не отвергает лидирующую роль американцев?». Не сложно догадаться, что в такой двусторонней идиллии НАТО – третий лишний. На сей многозначительный, надо признать, вариант, мы сходу откликнулись свои вопросом: «А кто будет США и кто – Канадой?». Впрочем, идея ведущего была обращена, а возможно и транслировалась откуда-то сверху, прежде всего самим украинцам.

Странно, что по ходу конференции ни разу не возникала тема политической культуры и очень редко – темы сопоставления политических систем РФ и Украины, отношений к Европе и с Европой и так далее. Зато вновь немало пыли было поднято насчет «голоса крови» («Мы все одной крови - русской!», «Нет, у нас кровь своя, другая!»), объединяющей миссии православия, которое, понятно, в лице Московской патриархии только и способно отразить натиск «униатов» и тех же католиков. Хотелось бы надеяться, что на всю подобную архаику на будущих встречах серьезных людей из Украины и России времени будет тратиться поменьше.

 «Гвоздить» украинцев за «неверный путь» взялись профессора мордовского и пензенского университетов – то есть самых неблагополучных частей российской провинции. Как раз в дни конференции российские СМИ подробно рассказывали о неудачных попытках извлечь из пещеры около 30 пензенских затворников. Позвонивший в эфир «Эха Москвы» сосед одного из затворников объяснил их нежелание выходить наверх «крайним идиотизмом российской жизни и беспросветным пьянством - от них они и скрылись. Наверху ничего хорошего их не ждет». Потерпев фиаско в переговорах местные иерархи Православной Церкви объявили, что в приобретшем скандальный характер инциденте не иначе замешана вредная заграница. РПЦ обвиняет американскую религиозную деноминацию «Свидетелей Иеговы».

Со всех точек зрения в наращивании обмена правдивой информацией кровно заинтересована прежде всего сама Россия и ее население (в отличие, конечно, от номенклатурного класса). Если откуда-либо и способен в наше время прийти импульс россиянам сбросить с себя гнет имперскости, то именно из Украины. Пусть это стало бы хотя бы первым толчком.

Виктор КАЛАШНИКОВ,

Марина КАЛАШНИКОВА.

http://www.rukhpress.com.ua/007917/print.phtml

17.4.2008