О проблемах украинской воскресной школы в столице России рассказывает заместитель начальника отдела информации и диаспоры Культурного центра Украины в Москве Людмила Мельник 

Простой, естественный, как сама жизнь, ассоциативный ряд: начало осени, сентябрь, школа… В самом деле, кто в это время года только не задумывается об учебе! В какой семье не возникает масса вопросов: как у ребенка в школе дела? чему его учат? каковы успехи? а что дальше, где стоит продолжить образование?.. В некоторых семьях, выходцев из Украины, например, задумываются и о том, где бы найти такое учебное заведение, чтобы молодежь не потеряла связи со своей второй родиной, могла изучать украинский язык, историю и культуру предков. Казалось бы, Россия и Украина – ну какие тут могут быть проблемы? Оказывается, есть. Проблема создания украинских школ весьма актуальна. Тем не менее, определенный опыт в этом направлении имеется. Так, при Культурном центре Украины в Москве в прошлом году была создана воскресная школа. 2 октября она снова открыла двери перед всеми желающими.

Мы беседуем с руководителем воскресной школы, заместителем начальника отдела информации и диаспоры Культурного центра Людмилой Михайловной Мельник.

- Людмила Михайловна, давайте начнем с самого начала. Итак, как возникла воскресная школа?

-Я сама по образованию учитель истории и права, приехала из Чернигова в Москву два года назад. Сначала искала работу в украинской школе. Но оказалось, что таковых в Москве нет, и я пришла на работу сюда, в Культурный центр. Ну а в душе ведь бурлит учитель. Сидеть за одним компьютером очень скучно, хочется общаться с детьми. В общем, предложила начальству организовать воскресную украинскую школу. Начальство согласилось: «Давайте попробуем». Рекламу сделали в прессе, планы разослали во все общественные организации, куда только можно. И что же? На 1 сентября у нас было только два человека.

- Не густо…

- Но мы от своей идеи не отказались, тем более что открываться решили в октябре. И потом, к нам приехали люди из Нежинского педагогического университета и утешили: «Ничего страшного. Открывайтесь, даже если будет всего один человек. Не волнуйтесь, вот увидите, дети к вам начнут приходить». И правда. В сентябре к нам пришло восемь человек. Так что 1 октября мы успешно открылись. Дети пришли с родителями, в руках букеты. Словом, начало занятий прошло очень торжественно. Дети были от 7 до 14 лет. Сразу поделили их на две группы. И, представляете, вскоре появились еще желающие ходить в нашу школу. Смотрим – уже 12 человек, потом - 16. Через какое-то время у нас было уже 22 человека. Вот так начали работать.

- Кто вам помогал на первых порах, где брали учебные планы, программы?

- Есть такой Московский государственный открытый педагогический университет им. М. Шолохова, в Уфе у него филиал. Директором там кандидат исторических наук Василий Яковлевич Бабенко. Большой энтузиаст. У себя в Уфе он возглавляет украинскую общественную организацию. Он с нами тесно сотрудничает. В Башкортостане, надо сказать, аж девять воскресных украинских школ. Накоплен большой опыт. Вот их планами и программами мы и воспользовались. А из Нежинского педуниверситета нам прислали 20 учебников по истории, украинскому языку и литературе. Помогли и в научно-исследовательском институте украиноведения в Киеве, его директор, доктор филологических наук профессор Петр Петрович Кононенко, прислал нам программы по украиноведению. Что интересно: эти программы создавались с учетом опыта воскресных школ, которые работают в тех западных странах, в частности, в Канаде, где есть мощная украинская диаспора.

- Тяжело было начинать?

- Честно скажу, тяжело. Ведь это не обычная общеобразовательная школа: объяснил материал, дал задание, проверил знания, выставил оценки. Здесь же надо было все время что-нибудь придумывать интересное. Нельзя было усложнять процесс обучения. Мы стремились, чтобы знания были доступны детям. Так что приходилось один и тот же материал по истории по-разному младшим и более взрослым ребятам преподавать. Необходимо было больше использовать игровых моментов, ведь школа-то воскресная. Зачем же нашим воспитанникам излишняя учебная нагрузка? Надо было сделать так, чтобы учеба воспринималась легко. Учить украинский язык – это не труд, а отдых. Что тут говорить, нам, педагогам, явно артистические способности требуются.

- Ну а если более конкретно, какие же уроки посещают ученики воскресной школы?

- У нас такие предметы: история Украины (я веду), украинский язык и литература (эти уроки преподает Людмила Васильевна Королевич из Московского лингвистического университета) и хоровое пение (здесь у нас главная - жена украинского консула в Москве Елена Ивановна Кухта, она заслуженная артистка Украины). Еще Елена Ивановна ведет детский вокальный кружок «Украинская песня». Все уроки у нас длятся 35 минут. Учащиеся разделены на две группы. У одной сначала история, потом украинский язык и литература, у другой – наоборот. А в заключение – пение.

- Интересно, какой же предмет детям нравится больше всего?

- Дети любят больше всего песни и танцы. С удовольствием готовятся к конкурсу чтецов на лучшее исполнение произведений Тараса Григорьевича Шевченко. Этот конкурс проводится в Культурном центре уже пятый год. В этом году на конкурс съехалось 50 человек со всей России: были дети из Нижнекамска, Томска, Петербурга, с Камчатки. Двадцать лучших были награждены путевками в «Артек». Наше начальство не скупится на подарки. По праздникам мы учащимся сладкий стол накрываем.

- Интересно, а кто был первым учеником в вашей школе?

- Девочка-семиклассница. Ее привела мама, она по национальности украинка, родилась во Львове. А муж у нее русский, военный. Семья уже много лет живет в России. Не поверите, когда эта мама привела к нам дочь, то чуть не расплакалась: «Боже мой, какое счастье, что есть такая школа. Возьмите, пожалуйста, мою девочку».

- С обычными московскими школами вы связь налаживаете?

- Мы с ними сотрудничаем. Идет взаимополезный обмен знаниями. Проводим совместные, как мы их называем, библиотечные собрания. Наши дети, например, больше знают об истории Киевской Руси, о гетманстве, которое вообще в обычных российских школах не изучают.

- Кстати, такой тонкий вопрос. Не секрет, что на некоторые исторические события в России и в Украине смотрят по-разному. Как обходите острые углы? И вообще, расскажите, где скрываются «подводные камни»?

- Вот как раз гетманство – очень сложный период, ведь при Екатерине Великой была уничтожена Запорожская Сечь, отменено гетманство. Непросто рассказывать о времени образования Украинской народной республики в 1917-1918 годах, первом президенте, голодоморе, периоде сталинских репрессий, уничтожении национальных школ. Но мы стараемся не обострять все эти вопросы – зачем детям, которые учатся в российских школах, навязывать определенный взгляд. Мы им просто говорим, что на те или иные события нашей общей истории есть разные точки зрения. В принципе, ребята спокойно ко всему относятся – у них же нет сложившихся стереотипов.

- Костяк первых учеников сохранился?

- Да. Дети уже ждут начала занятий. Родители звонят: «Когда же, когда приходить в школу?».

- Такое впечатление, что родители больше детей хотят в школу…

- Ну, это понятно. Родители же лучше знают, что их детям нужно. А потом, мы и для родителей придумали культурную программу. Пока дети занимаются, родители сидят в библиотеке, изучают украинскую прессу. К слову, родители все знают украинский язык, общаются между собой.

- Интересно, а детям тяжело дается украинский язык?

-Видите ли, все наши ученики летом, как правило, бывают в Украине у родственников, слышат там украинскую речь. Слышать-то слышат, а вот с разговорной речью намного сложнее. Но в нашей воскресной школе дети начинают потихоньку осваивать язык в полном объеме: учатся читать, понимать текст, разговаривать. Немного похвастаюсь. За три месяца дети так хорошо научились читать стихи, петь песни, что когда мы на Новый год выступали в посольстве, то нам потом говорили: «Вы что, нам украинских детей из Киева привезли?» Такой хороший у детей был украинский акцент. Я радовалась и думала: «Все-таки жаль, что нет в Москве полноценной украинской общеобразовательной школы». Ведь и учителей легко найти. Знаете, сколько в Москве без работы сидят украинских преподавателей: и филологи, и математики, и физики. Но почему-то многие считают такие школы неперспективными.

- А как Вы думаете, с чем связаны трудности с открытием украинских школ в России?

- На мой взгляд, этим вопросом должны заниматься прежде всего местные власти. Да, они не против. Но в лучшем случае все заканчивается созданием в школах отдельных групп для желающих изучать украинский язык или факультативными занятиями. Есть, например, такая группа в лицее №1555 при Московском лингвистическом университете. Но, насколько я знаю, набор там идет туго (мы хотели осветить опыт работы этой школы, но нас попросили повременить с материалом, мол, учебный год только начался. – Прим. ред.). Казалось бы, есть где учить украинский язык, а звонки нам от родителей, особенно от тех, кто недавно приехал из Украины, не умолкают: как быть с детьми, без прописки или регистрации их в школы не принимают?

- Я слышал, обязаны принимать. На этот счет есть распоряжение московских властей – учить всех.

- А это смотря какая школа, какое там руководство! Есть директора, которые идут навстречу. Вот моего сына взяли без проблем – понимали, куда же мне деваться? Но знаю и такой случай. Приехали люди работать в Россию, а мальчишку ни в какую школу не берут. Просидел парень всю первую четверть дома – хорошо еще, к нам в воскресную школу на уроки ходил, хоть какие-то знания получил. В общем, у этих родителей здесь в Москве не сложилось. Вернулись они на родину. До сих пор я так и не могу понять: в Москве каких только национальных школ нет, а украинских – не найдете.

- Дети – народ любопытный. Не донимают вас каверзными вопросами?

- Знаете, какой самый неожиданный я услышала: что такое Украина? Я тогда попросила всех сделать рисунок – как дети сами представляют себе Украину. Рисунки были разные. Кто-то нарисовал большой яблоневый сад – видимо, вспомнил, как провел лето у бабушки. Кто-то изобразил желто-голубой флаг. А на одном рисунке был изображен казак с чубом в роскошных шароварах. Мы, к слову, своих детей знакомим с государственными символами независимой Украины. Гимн учим. Он, между прочим, в казацком духе написан.

***

За комментариями мы обратились к начальнику отдела международных, межрегиональных программ и общественных связей Департамента образования города Москвы Наталье Федоровне Ершовой:

- Мы готовы открывать украинские школы. Но вся проблема – в наборе учащихся. Мало желающих. Об этом, в частности, свидетельствует и опыт организации украинского класса в гимназии №1555. Видимо, многие родители задумываются над вопросом, где детям продолжать образование после школы, ведь немногие собираются отправлять их в украинские вузы.

- А как быть с детьми, родители которых приехали в Россию на некоторое, порой достаточно длительное время?

- Во-первых, российские школы обязаны принимать таких детей, причем обучение проводится совершенно бесплатно. Кроме того, директора при необходимости имеют право открывать специальные группы для желающих изучать русский язык как иностранный. Это позволяет детям, учившимся в украинских школах, легче адаптироваться в наших учебных заведениях.

Олег АЛЕКСЕЕВ

http://www.mdn.ru